Расскажу об ателье Any Tailor. Некоторое время назад я загубила платье от Кирилла Гасилина: в первый же день гипюровый чехол вытерся о молнию сумки. Хрупкая модерновая красота не выдержала неравного боя со спортом от Стеллы Маккартни. Разумеется, я сама виновата: тонкое кружево — это вам не фельпа, а сумки с зазубринами — те даже и на фельпе оставляют катышки.

Гипюр на повреждённом месте свалялся в тёмные паутинистые сгустки, не очень заметные, если особо не приглядываться, к тому же на тёмной половине; но беда в том, что ткань стянулась, кружевной чехол перекосило, и линия низа в итоге стала неровной.

Image

Вот оно, бедненькое платье. Масштабы грусть-печали становятся понятнее, если положить под кружево белый лист. Дырка сделана в результате самостоятельных попыток вернуть всё как было.

Image

Скоро стало понятно, что сама я этого не смогу, нужно нести вещь к специалистам. И тут я узнала об ателье «Эни Тейлор», которое специализируется на ремонте одежды класса люкс. Сама идея подобного ателье мне очень понравилась, и я не могла упустить возможность поговорить с людьми, которые в нём работают.

Image

Анна Кузнецова, директор ателье (справа), рассматривает варианты восстановления ткани.

Image

Image

Вот на этом фото хорошо видно, что произошло с линией низа.

По поводу платья мы говорили с Анной Кузнецовой, директором ателье. Варианты развития событий наметили следующие: 1) попробовать восстановить ткань; б) найти аналогичный гипюр, заменить центральный ряд; в) заменить целое полотнище. Увидев результаты работ, которые представлены на сайте ателье, и поговорив с Анной, я поняла, что имеет смысл довериться выбору мастеров.

НП. Расскажите, пожалуйста, о вашем ателье.
АК. Наше ателье официально открылось 1 декабря 2008 года, а сама идея появилась в конце 2006 года. В течение года мы собирали материалы, изучали статистику, делали выводы, составляли бизнес-планы. На рынке мы уже 5 с половиной лет.
НП. Кто ваши клиенты в основном? Что это за люди?
АК. Это люди, которые любят красиво и дорого одеваться. Они любят свои вещи, любят благородные ткани: шифон, шерсть, шелковый трикотаж; такая одежда требует внимания и ухода.
НП. У меня раньше было детское представление о состоятельных людях: один раз вещь надел и выбросил. Получается, к вам идут люди, которым их вещи по какой-то причине дороги?
АК. Есть две причины обращения к нам: либо вещь очень любимая, любо она очень дорогая, и нельзя её выбросить или отдать знакомому. Мы ремонтируем вещи так, что возвращаем им достойный внешний вид. Мы не зашиваем дырки, мы стараемся сделать качественную деликатную реставрацию, чтобы это выглядело хорошо. Если мы понимаем, что это дырка по центру и от неё никуда не деться, мы стараемся обыграть эту дырку: заменить ткань, перекрыть вышивкой, если это возможно; существует много разных вариантов. Есть вещи, которые разошлись по шву – и люди берут и выкидывают их. На самом деле, если разошлось по шву – это не беда, можно восстановить.  Если это кожаная вещь – сейчас большой выбор кожи, фрагмент можно заменить.
НП. Да, из примеров на сайте меня больше всего потрясли именно те, что с кожей. Вы восстанавливаете вещи из руин: «до» – когда там клок вырван, а «после» – почти ничего нет.
Скажите, пожалуйста, а звёзды к вам обращаются?
АК: Обращались. Например, у нас были Елена Ханга, Сергей Зверев, Юрий Лужков и Елена Батурина, президент корпорации «Инком-Недвижимость» и другие известные люди.
НП: Есть ли особо интересные вещи, которые чем-то запомнились, или особо интересные повреждения?
АК: Очень часто к нам приходят влюблённые парочки, которые накануне подрались, а потом помирились. Когда ссорятся, просто рвут вещи в клочья; потом приносят к нам.
НП: Вещь-то в чём виновата?
АК: Хорошо, если порвали по шву. А бывает же, что рвут и в сторону ткани, и карманы отрываются, и воротники пополам, и так далее. Проходит какое-то время, они понимают, что натворили дел, и что это целое состояние. Где-то приходится менять ткань, где-то – отшивать заново.
НП. Даже заново приходится отшивать?
АК. Да, бывает такое. Это могут быть кожаные куртки; в основном это то, что висит в шкафах. Естественно, полностью восстановление очень сложно показать в фотографиях. Иногда приносят практически тряпку, и ей нужно вернуть прежний вид.
Кстати, очень часто вещи портят любимые питомцы: бросаются на хозяина и раздирают вещь зубами.
НП. Приносят вам какие-то вещи, интересные сами по себе?
АК. Часто приносят винтажные вещи, например, любимое бабушкино пальто, с которым хозяйка не может расстаться. Один раз принесли пальто, которое было поедено молью, в мелкую-мелкую дырочку. Делать какую-то штопку или реставрацию – получалось некрасиво, поэтому все повреждения мы перекрывали ручной вышивкой: здесь был кант по борту, воротник был вышитый; в результате получилось очень симпатичное винтажное пальто.
НП. Я видела довольно много примеров на сайте, где вы перекрываете повреждение вышивкой, цветочками; это отделка, которая требует дополнительной серьёзной квалификации. Это ваше собственное производство, или вы обращаетесь к услугам мастеров?
АК. Вся вышивка делается нашими мастерами, у нас в ателье.
НП. Что делать, если ткань прожгли?
АК. Прожоги бывают разные. Если это шерсть костюмная, и она ещё в полоску – нет проблем, можно сделать вживление, восстановить ткань.
НП. Это как?
АК. Сейчас покажу. Если это шелк или любая тонкая ткань, то, к сожалению, любого рода художественная реставрация не вернет изделию товарного вида, можно сделать перекрытие какими-то элементами, вышивку, формирование вытачек, защипов, подрезов и так далее. Худший вариант – это замена детали, когда берётся аналогичная ткань. Бывает, меняем деталь частично. Что касается художественной штопки – люди заблуждаются, что это идеальный вариант, который исправит всё. Это идеально в двух случаях: драп и шерстяная ткань. Случай с трикотажем – это не художественная штопка, это поднятие петель, восстановление, надвязывание петелька за петелькой.
НП. Ювелирная работа! Пожалуйста, расскажите поподробнее про вживление.
АК. Например, приходят с вот такими дырочками (на фото «этап 2»). Что нужно сделать? Нужно взять с невидного места кусочек и сделать из него с подбором рисунка такие квадратики с бахромушками.

Image

Image

Затем этот квадратик фиксируется на эту дырочку – этап номер три – а затем каждую ниточку нужно вставить в иголочку и увести на изнанку. Результат вот (этап 4).
С изнанки вот что. Ниточки выведены на изнанку; потом с изнаночной стороны это всё закрывается клеевой тканью. После этого вещь можно даже отдавать в химчистку.

Image

Image

НП. Глеб Архангельский, который про управление временем, советует записывать вечером главное впечатление дня. Мне кажется, я знаю, что у меня сегодня будет этим впечатлением.
АК. Но это шерсть. Есть вещи, у которых можно сделать вживление, но контур появляется всё-таки более чёткий, это зависит от переплетения нитей.
НП. Были ли у вас случаи, когда вы отказывались от ремонта?
АК. Да. Более того, я прошу наших консультантов отказываться от приёма вещей, если они не уверены в результате. Нас не удовлетворит результат, при котором вещь теряет свой товарный вид.
Например, клиент принёс вещь с дыркой на груди по центру, и говорит: сделайте мне вживление! Сказать, что мы не сделаем? Обычно, если мы понимаем, что это будет некрасиво, и перекрыть ничем нельзя,– мы предлагаем приемлемый с нашей точки зрения вариант, возвращая вещи товарный вид, пусть она при этом немного меняется. Клиента изменение может не устроить, и тогда мы возвращаем вещь.
У нас не стоит цели заработать денег на каждом клиенте. Наша цель – вернуть каждой вещи носибельный вид.
НП. У меня есть брюки Ashe, которые я испортила на съёмке.  Это была съёмка на крыше «Мейл.ру»; я не знаю, от чего именно осталось пятно, пострадала только краска. Материал – тёмно-серый хлопок, пятно оранжевое.
АК. Это какая-то кислота.
НП. Да. Конечно, я их выкупила, но хочется эти брюки носить. Если это прожог кислотой диаметром примерно полтора сантиметра, как можно его закрасить?
АК. Его не закрашивают. Ткань, повреждённая кислотой, не подлежит восстановлению цвета какими-то химическими способами. Но можно что-то придумать; это тот случай, когда выручит что-то другое, не существующее в изделии: можно сделать какую-то тесьму, формирование швов, может быть, какие-то кармашки, молнии и т.д. Вариантов масса, это надо смотреть. Зато будет новая деталь, изюминка.
НП. …непрошеная. Не предусмотренная дизайнером изюминка.
АК. Кстати, это очень важный момент. Клиенты принесли, например, «Дольче и Габбану». Прожгли дырку на самом видном месте, просят её устранить. Устранить способом реставрации не получится, вернее, получится, но будет некрасиво – есть ряд «но», которые нам мешают это сделать. Когда предлагаешь людям внедрить туда что-то, не все на это согласны, потому что вещь брендовая. «Дольче и Габбана этого не предусмотрели, зачем вы будете что-то сюда нашивать?»
У нас даже были смешные варианты ремонта, я бы себе, наверное, так не сделала. Например, приносят плавки с дыркой на попе, на самом видном месте; вышили бабочку, и ничего. Поэтому надо смотреть; всё зависит от того, где расположено повреждение. Любая вещь индивидуальна, так же как и подход к ней!

(Продолжение истории с платьем — следует).

Реклама