«Я много лет изучал трущобы и часто посещал Хитров рынок, завел там знакомства, меня не стеснялись и звали «газетчиком». Многие из товарищей-литераторов просили меня сводить их на Хитров и показать трущобы, но никто не решался войти в «Сухой овраг» и даже в «Утюг». Войдем на крыльцо, спустимся несколько шагов вниз в темный подземный коридор — и просятся назад. Ни на кого из писателей такого сильного впечатления не производила Хитровка, как на Глеба Ивановича Успенского… 

... — Вот беда! Вот беда! — шептал Глеб Иванович, жадными глазами следил за происходящим и жался боязливо ко мне…

… — Позвольте пройти, — вежливо обратился Глеб Иванович к стоящей на тротуаре против двери на четвереньках мокрой от дождя и грязи бабе.

— Пошел в… Вишь, полон полусапожек… И пояснила дальше хриплая и гнусавая баба историю с полусапожком, приправив крепким словом. Пыталась встать, но, не выдержав равновесия, шлепнулась в лужу. Глеб Иванович схватил меня за руку и потащил на площадь, уже опустевшую и покрытую лужами, в которых отражался огонь единственного фонаря.

— И это перл творения — женщина! — думал вслух Глеб Иванович».

После посещения MSND невольно вспоминается Гиляровский и эта его экскурсия; я сама отчасти чувствую себя таким Глебом Ивановичем. Дело не только в завышенных ожиданиях. Вот информация с официального сайта события: «Midsummer night’s dream это ежегодный фестиваль искусств, костюмированный бал и и интерактивная театральная фантасмагория, созданная по мотивам знаменитой пьесы Уильяма Шекспира «Сон в летнюю ночь», где каждый гость становится уникальным участником мистического действа». Пунктуация сохранена, и впредь я буду внимательнее относиться к таким подсказкам. Но сейчас не об этом.

На деле «фестиваль искусств» представлял собой типичную московскую клубную вечеринку, только на 5000 человек и в парке усадьбы Лермонтова. Последнее избавляло от духоты, а вот от тесноты только отчасти: народу было не протолкнуться, дорожки парка превратились в грязное месиво, и выбирая, куда ступить, приходилось уворачиваться от курящих «нимф» и «эльфов» (а чаще «ангелов» из сексшопа и «кавалеров XVIII века», одолживших костюм в прокате).

Мы приехали поздно, ближе к концерту Underworld, ночной тусе и цветению папоротника; очень может быть, что в первой трети праздника, которую мы не застали, и произошло всё самое фееричное. Впрочем, на отрывок чего-то театрального мы всё же попали: оказавшись рядом с центральным зданием усадьбы, мы увидели, что на балконе что-то происходит; и хотя мы стояли рядом, слов не было слышно, ветер доносил лишь искусственные интонации актёров.

Задерживаться у балкона мы поэтому не стали, а вместо этого пошли гулять. Сразу стало понятно, что пожелания к виду костюмов были восприняты далеко не всеми, а фейс-контроль работает куда снисходительнее, чем можно было ожидать. Я изменила свою точку зрения на карнавал в эту ночь. Карнавальный костюм — это не возможность побыть кем-то другим; это самая настоящая самопрезентация, наиболее открытая и наиболее точная из всех возможных. Ведь, согласитесь, ответ на вопрос «кем быть» не может быть случайным. Он может быть неожиданным для окружающих, но не для вас. И вот — мы увидели огромное количество чужих самопрезентаций.

Что сказать: если бы была какая-то возможность стирать воспоминания, я бы здесь ею воспользовалась. Когда мы только подъезжали к Середниково, Настя выглянула из машины, чтобы спросить про парковку, и обратилась к двум «дримерам», которые припарковались только что: «Эй, парни!» Первый молодой человек ответил на вопрос, а второй добавил очень значительно, с гопнической угрозой в голосе: «Мы не парни. Мы — эльфы». Одет при этом «эльф» был в пижаму из серого меланжевого трикотажа, из тех, что с пуговичками на пузе, и в руке держал широкополую шляпу.

А так лидировали, конечно, Малефисенты самых разных уровней исполнения. По темам — полный разброс: и тебе римские легионеры, и монахи (целая куча откуда-то), и ангелы, и зайцы, и «красивые девушки» в коротких юбочках и на каблах. Надо сказать, эра консьюмеризма сказывается положительно на отдельных свойствах костюмов: кроме пижамного «эльфа», почти не было того, что можно назвать бедным или убогим, наоборот, видно, что в костюмы вбухано много. И почти все образы были яркими, по-своему выразительными; то есть чувствуется, что участники не были стеснены в средствах, чтобы  самовыразиться по полной программе; они говорили своими костюмами именно то, что хотели сказать. Беда в том, что большая часть костюмов была непередаваемо вульгарна, как и большая часть участников. Не то чтобы я всерьёз ожидала увидеть на MSND творческую элиту и икон стиля — откуда они у нас? Но я не ожидала — совсем не ожидала — толп ряженых гопников. Я не ожидала громогласного мата, тупых разговоров, атмосферы вокзала. Волшебство успело закончиться к нашему приезду, если было вообще — и происходящее удручало своей нормальностью.

Из по-настоящему хорошего хочется вспомнить освещение парка — освещением занимался действительно мастер, и если бы атмосфера и наполнение (читай: люди) мероприятия были несколько другими, волшебный свет прибавил бы событию очарования. Кроме того, выступление Underworld было по-настоящему крутым. Их стиль, их энергетика — очень отвечали духу того праздника, который (судя по пресс-релизу) был задуман.

Я поехала на MSND за обещанным волшебством, получила же взамен самую что ни на есть реальность. Потеряно время и силы, получена бесценная информация; теперь я лучше информирована относительно людей и их тщеславия, относительно организации больших событий, маркетинга этих самых событий и даже относительно рынка вообще. MSND рисует правдивую картину «улучшения качества потребления»: в рекламе — «не для всех», вход по спискам и Шекспир, в реальности — обычная ночная вечеринка, но с помпой. Очень забавно, что в группе на «Фейсбуке» сплошь хорошие отзывы; не исключено, что кто-то и впрямь получил удовольствие — от чего только люди его не получают. Но я думаю, здесь есть ещё кое-что.

Когда ты тратишь время, деньги и силы на какое-то событие, а получаешь не то, что ожидал — ты одурачен, ты лузер, или проще — лох. Лохом никто не хочет быть, все хотят быть успешными, чтобы выкладывать в инстаграм фоточки, и чтобы все завидовали. Пусть было плохо, мерзко и не как в сказке, а как на вокзале — надо запостить, что всё было зашибись, кто не был — поверит, кто был — поддержит, потому что сам строит личный маркетинговый миф. Это всё та же сказка о голом короле. На наших глазах формируется и крепнет новая потребительская мораль: надо быть «хорошим» потребителем, хорошо покупать, тратить много, получать за это много лайков. Если ты этого не делаешь , ты — лох. Ещё до того, как заглянуть в группу MSND, я предчувствовала, что там будет всё то же симулирование оргазма: и точно.

Кстати, я искренне завидую тем людям, которые были на мероприятии с рабочими целями: представляю, как кайфовали фотографы, особенно те, которым надо не красивое, а фактурное. Лучше всего на таких событиях быть чем-то занятым; я представила себя литератором «Физиологии Петербурга», собирающим материал, наблюдающим типы. Я шла за волшебством, а получила очерки натуральной школы.

Впрочем, свою долю волшебства я все же получила два дня назад, на юбилейном концерте Алексея Айги. Видимо, в мире есть какое-то равновесие, и для меня цветок папоротника тоже распустился, просто немного в другое время. Там мне пришла в голову мысль об одной очень общей закономерности, которая касается и моды тоже. Скоро я напишу об этом.

 

Реклама