Если раньше я старалась успеть с итогами года хотя бы к концу января, то сейчас и этот срок не выглядит таким уж крайним. Какая разница? Главное — достоверно всё зафиксировать.

Пандемия

Мне повезло, для меня страшный 2020-й прошёл легко: я сохранила работу и перешла на удалёнку. Как и многие, я впервые стала проводить дома так много времени. Пришла к способу экономии «кастрюля супа на неделю» и научилась готовить борщ, рассольник, солянку и гороховый с копчёностями.

В первую волну корона обошла меня и близких стороной, хотя и было страшно. За время весеннего карантина изменилось отношение к вещам: среди покупок стало больше посуды и штук для дома. Разделение на домашнюю и уличную одежду летом потеряло актуальность. Зимой осталось добавление тёплых вещей, а вот само понятие домашней одежды для меня ушло в прошлое, остались только пижамы.

Обувь года — таби бутс. Я их купила ещё в прошлом году, но как-то редко носила; а весной надела и практически не снимала всё лето.

Летом журнал Ozine провёл диджитал-прайд, на котором выступила Рошин Мерфи. Это большое событие и само по себе, и для меня лично, потому что певица использовала шарф из чебурашек, который я отправила ей больше двух лет назад. В номере Рошин у Чебурашек есть своя партия — смотрите до конца!

Спорт

2020-й для меня прошёл без достижений. После карантина я обнаружила, как и многие знакомые бегуны, что мой пульс вырос на 20 ударов в минуту во время бега; постепенно, недели за три, всё пришло в норму.

Осенью я попыталась сбегать Бэк Ярд Ультра — трейловую гонку на выбывание, где нужно успевать делать небольшой круг за час. Это было ужасно по многим причинам, каждая из которых была моим неверным решением. Не искать своего волонтёра. Обойтись слабым фонарём. Не взять с собой куртку из софтшелла (было минус два, град и ледяной дождь). Прокол с экипировкой не давал никаких шансов, и я сошла даже с облегчением.

С другой стороны, 2020-й подарил мне первое настоящее волонтёрство — на Кубке России по суткам, у Гали Митричевой.

Книга

В феврале я пришла к Софии Жаровой, дизайнеру и конструктору женской одежды, и предложила вместе написать книгу. Мне очень повезло — София поддержала идею и главный посыл, и согласилась вложить свои знания и умения. Почти каждые выходные после этого мы проводили в разговорах: я заранее готовила план главы и вопросы, записывала беседу на диктофон, а потом расшифровывала. Параллельно писала и свои куски. К осени текст был готов, и у меня осталось от этого периода странное ощущение: как будто всё было сделано очень легко, на одном дыхании. В каком-то смысле мы записывали готовое: я — передуманное за семь лет в моде, София — за двадцать лет опыта в своём ателье. Сейчас книга готовится к печати.

Медиа

Телега года — Проверено.медиа. Безумно интересный и полезный проект. Блогером года для меня лично стала прекрасная Александра Архипова, социальный антрополог. Слушала её эфиры весной (о ковидных слухах, фейках в сети, теориях заговора) — и влюбилась. Отдельно отмечу книгу «Страшные советские вещи», которую Архипова написала в соавторстве с Анной Кирзюк. Если вы никогда не задумывались, почему вы меняете одежду и обувь при входе в дом и тут же моете руки, вам будет интересно узнать, как бывает по-другому (в остальном цивилизованном имре), и откуда взялись эти привычки. Я была под впечатлением.

Книга года — тоже нонфикшн: Линдси К. Гибсон, «Взрослые дети эмоционально незрелых родителей». Спасибо за рекомендацию Софии, драгоценному соавтору: она лично знает издательницу и переводчицу книги на русский язык, Елену Терещенкову. Книгу горячо рекомендую; надо бы, конечно, написать о ней отдельный пост, я хочу это сделать как-нибудь. А пока скажу вот что. Гибсон вводит очень важное понятие — эмоциональную незрелость, и подробно его описывает; мне показалось, что получился замечательный, информативный, раскрывающий суть явления эвфемизм для слова «мудак». Действительно раскрывающий суть и информативный: если вам всегда было интересно, почему эти люди так себя ведут, вам расскажут. Без обвинений, без надрыва, только суть. И после такого разбора совершенно по-другому воспринимаются не только родители, но и начальники, и разные другие люди в статусной роли, напоминающей родительскую.

У книги Гибсон мощный отрезвляющий и одновременно поддерживающий эффект. В моём детстве были тяжёлые моменты, о которых я совершенно точно знала, что я не была в них виновата, и что со мной надо по-другому, но мне пытались их продать как должное и неизбежное. Я выросла и ничего не забыла, но думала, что так было только у меня, такая стыдная тайна, а вот у большинства, у неких «нормальных» семей — у них всё по-другому. Сейчас думаю, что всё наоборот: очень-очень многие люди, в том числе родившие своих детей, эмоционально не развиты до взрослого уровня. Из книги Гибсон я узнала, что мой случай — абсолютно типичная ситуация. Что бывает и похлеще, но с этим — во взрослой жизни выросшего ребёнка — можно работать. Что нет у эмоционального незрелого человека никаких уважительных причин так себя вести, только его собственные особенности. И самое главное — что то самое, что во мне пытались уничтожить, было абсолютно здоровым и нормальным.

У Линдси К. Гибсон есть и продолжение — книга «Свобода быть собой», о том, что делать выросшему ребёнку, который хочет вернуть себе свою жизнь.

Сериалы

На карантине я стала смотреть сериалы запоями и сезонами. Весна и мода на романтичные платья отлично наложились на «Аббатство Даунтон». Я поняла, за что его так любят: за консервативный и одновременно очень человечный взгляд на мир. Обаятельная и редкая смесь.

Летом были «Чики» (хорошие, скорее да, чем нет — подпортила только авторская позиция с животворящей ролью мужика в судьбе каждой героини), осенью-зимой — «Перевал Дятлова» (так всё хорошо начиналось, чтобы в последней серии только тьфу — и отойти).

Зимой я наконец добралась до «Рассказа служанки». Это очень, очень, очень круто и самое главное — очень красиво. Тоталитарный мир Галаада невыносимо хорош в плане дизайна, красив ненужной (не знаю, как по-другому сказать) и какой-то даже неуместной красотой. Я всё время отгоняла от себя мысль, когда же «сыновья Иакова» успели всё это придумать: униформу эту по цветам, обряды, все эти хождения Служанок по кругу и зрелищные перестроения, всю эту адскую инфраструктуру. Чего стоят приветствия, которые звучат как названия песен «Металлики». Или непорочно белый аналог «Ашана» (который называется «Хлеба и рыбы»), где стоят оформленные в едином стиле фермерские продукты. Я как зритель испытываю беспокойство: кому принадлежит эта неуместная красота? Создателям антиутопии — или же самим организаторам кошмара внутри этой антиутопии? И это очень некомфортная мысль — что красота вымышленного мира достигается как раз за счёт подавления разнообразия. Но у сериала чудесная человечная оптика, и она всё спасает.

Раздельный сбор

Летом я начала сортировать мусор и отвозить перерабатываемые отходы в «Собиратор». Ездить получается примерно раз в три недели — за это время набирается сумка, которую я всё ещё могу поднять. Теперь я обращаю внимание на маркировку, и стараюсь не покупать еду в упаковках, которые потом нельзя будет сдать.

Я не следую принципам раздельного сбора тотально — что-то да выбрасываю в мусорное ведро. Но тут, по-моему, как с вегетарианством: более здравый и реалистичный подход — не отказываться напрочь (это ведёт к срывам), а сокращать.

***

В конце года я всё-таки заболела ковидом и две недели сидела дома. У меня пропадали запахи; и сейчас они вернулись не все и не полностью. Из всех любимых духов для обоняния уцелела только «Ностальгия» от Santa Maria Novella, которая у меня была в крошечном отливанте. Я так обрадовалась, что купила большой флакон, на который долго не решалась.

И в 2021 году уже успело случиться полно всего.