Начитавшись восторженных отзывов, посмотрела «Ход королевы» (более верный перевод «Ферзевый гамбит», видимо, показался слишком мудрёным для публики, и не зря). Ну что сказать. Один из тех сериалов, что смотришь запоем, до утра, а потом становится стыдно — сразу после глупейшего и фальшивейшего финала. А потом настигает понимание, что ни для какого другого финала в мире фильма просто нет места. 

Ради чего сериал (вероятно) стоит смотреть: если вы любите милое и красивенькое, то ради главной героини и её платьев. Модные медиа наперебой пишут про «стиль в фильме»; ну стиль громко сказано, чай, не «Большой всплеск», однако если вам нравится мода 50-60-х, будет приятно. Кино можно назвать лёгким; в его сахарном мирке есть объективно тяжёлые обстоятельства (которые, правда, никак не влияют ни на героиню, ни на зрителя), но подлинно страшный момент всего один — когда героиня с бодуна красится по моде поздних 60-х. 

Ещё, вероятно, стоит смотреть шахматистам. Я не играю в шахматы, но подозреваю, что у сериала есть вторая, гораздо более увлекательная сюжетная схема, состоящая из шахматных ходов. Для меня вся эта дополнительная драматургия скрыта, и всё моё зрительское внимание устремляется на то, чего мне _не_показали. 

Фильм основан на романе, а не на реальных событиях, и требовать от него правдоподобия, вероятно, не стоило бы. Я же не требую правдоподобия от Готэм-сити; вот и здесь, казалось бы, не должна. 

Но тогда покажите, пожалуйста, что этот мир условный. Добавьте в него, я не знаю, расу людей-водяных, вторую луну или признание храпа искусством. Какую-то хотя бы одну подмену реальности вымыслом, которая подсказала бы нам, что этот мир — не совсем наш. Как в «Лобстере» у Лантимоса: вроде бы всё наше, хорошо бы, чтобы у всех людей была пара. Вот только одиночек свозят в специальный отель, чтобы поженить, а у кого не получается, тех превращают в животных. Дают выбрать, в кого. А сбежавших отстреливают. А так да, почти наш мир. 

Проблема «Хода королевы» в том, что вымысел в мире сериала слишком мало похож на вымысел, и слишком сильно — на распространённые ошибочные суждения, выгодные одной социальной группе и совсем  не выгодные другой. Раньше я спрашивала себя: что в голове у этих людей, которые пишут «да кто вас угнетает», «у женщин уже больше прав, чем у мужчин», «это обратный сексизм», «да в Америке белых притесняют» и прочее. У них в голове маня-мирок из «Хода королевы». Не испытав на своей шкуре ни сексизма (мужчины), ни расизма (белые, «славянской внешности»), они уверены, что всё это выдумки, ну или ПМС и плохое настроение у кого-то. 

Героиня в девять лет теряет мать, причём по флэшбэкам выходит так, что мать планировала самоубийство с убийством дочери; само- у неё получилось, а дочь осталась невредимой и попала в приют. Никакой травмы и никакого ПТСР у ребёнка нет. До аварии мать с дочерью жили в нищете, в грязном трейлере; в результате у дочери — железная уверенность в собственной правоте в любой ситуации, вообще в себе, в своём праве на жизнь и не собственный путь. И всегда наготове уместные слова в ответ.

И я должна как зритель в это поверить. 

Начало действия сериала — конец 50-х. (Просто вспомните моду тех лет, рекламу тех лет и слепок эпохи в сериале «Безумцы»). Единственный раз, когда героине ставят в вину её пол — это первая встреча с сэнсэем-сторожем: он говорит «Девочки не играют в шахматы», но довольно быстро берёт квантор общности назад. На этом ограничения, связанные с полом, заканчиваются.  

Я напомню: в 1967 году Кэтрин Швитцер стала первой женщиной, которая официально под своим именем пробежала марафонскую дистанцию. Она это сделала по сути обманом, подписавшись инициалами. Организаторам не удалось её вытолкать с трассы (они активно пытались, позорные кадры попали в газеты) только потому, что Кэтрин помогали крепкие друзья-мужчины. В шахматах свои герои и своя история, но мир-то вокруг тот же. 

А в маня-мирке сериала всё работает, как в приятном сне. Юная шахматистка триумфально и супербыстро выстраивает карьеру, и никто! вообще никто! её не останавливает, не высмеивает и не усылает на кухню рожать в борщ. Кукольная внешность героини не вызывает поганых мыслей у мудака-отчима, как не вызывает и ревности у мачехи; героиню не хватают за жопу, не зажимают в уголке, не говорят, что она глупенькая, и «зачем такой красавице шахматы», ну то есть не происходит ничего такого наиболее вероятного. Школьная травля выглядит так: два раза толкнули в коридоре. Все мужчины вокруг исключительно галантны, все сразу, с порога, героиню уважают, а чуть позже — ею восхищаются. В этой вселенной не знают, что такое воспалённое мужское самолюбие, когда бабе проиграл. Зато в ней есть подленькая мизогиния: выдуманной Бет Хармон называют фамилию реальной советской шахматистки из Грузии, одной из тех, кто заставил мир говорить о грузинском шахматном феномене, с единственным комментарием — «она никогда не играла с мужчинами». 

Скажите мне, ребятушки, в какой системе ценностей этот комментарий работает как унизительный? Правильно, в той, где «женское» — это по умолчанию «хуже». Кстати, вопроса женских, мужских и смешанных соревнований по шахматам в сериале просто нет, как нет и сильных соперниц. 

И вот на этом месте, про соперниц, я вдруг поняла, что представляет собой мир сериала и отчего зрители так ссут кипятком. Это мечта. В прямом смысле мечта; умственное надрачивание на то, как бы было замечательно стать самой красивой, самой гениальной, но немножечко через испытания, но не сильно, а так; и чтобы все мужчины такие кругом ооооо! и смотрели с уважением. И чтобы узнавали, и автографы просили. И чтобы толпы плохо пахнущих зомби в далёкой замороженной стране (стопэ, это же Россия! это они нас так намалевали! а, ладно, художественный вымысел) теснились вокруг, и мальчик в ушанке больше самого себя (сссукааа, я не могу, это хуже чем Роки-4) бежал передать толпе, какой ход. И чтобы когда ты снизойдёшь к людишкам, такая вся в белом, они бы радовались, как дети, и по гроб жизни помнили. И внукам рассказывали. 

Всё это ужасно стыдно в пересказе, как стыдно и в самом фильме, в финале; но если принять, что сюжет — это проекция чужой мечты, то всё приходит в норму. Мечты вообще часто бывают и глупыми, и стыдными. Кто случайно открытой травкой от рака людей вылечивает, как герой Шукшина, ну а кто-то под женской аватаркой покоряет шахматные вершины, не огребая в «мире мужчин» ни единого последствия. 

Фото обложки — Василь Ярошевич.