Накануне суток в фейсбучной группе Ultrarunning появился опрос «Как вы думаете, кто будет новым чемпионом России по суточному бегу?» Интересно было бы задать его еще раз наблюдателям и участникам, когда все уже началось, потому что уже в первые часов шесть стало понятно, что результат может быть почти каким угодно.

Погода не подвела: жара продлилась недолго, а обещанная гроза по большей части обошла стороной, только слегка освежив бегунов дождем. Из-за высокой влажности многим было тяжеловато. Юрий Галкин, чемпион России, сказал уже в конце, что он так плохо никогда не бежал (ну такое «плохо», 198 км); Надежда Шиханова и Анна Михайлова, которым прочили призовые места, сошли примерно на середине суток, причем Анна стартовала медленно, а потом вышла на свой привычный высокий темп, но потом все-таки сошла. Надежда Шиханова, чемпионка России в беге на 100 км, три последних года подряд занимала второе место на Чемпионате России по суткам, и в этот раз имела все шансы на первое, но что-то пошло не так, и она сначала перешла на шаг, а потом и вовсе пропала. У меня есть версия, почему это произошло, но лучше когда-нибудь спросить об этом саму Надежду.

С первых часов и далее лидировали новые участницы: Татьяна Фомина, Ольга Веселкина, Анастасия Головачева. Поскольку на стадионе ты видишь только спину и затылок, я запомнила Татьяну как афрокосички с лентами в цвет неоново-зеленой футболки, Ольгу — как пышные французские косы и черную форму, а Анастасию — как хипстерский андеркат и щегольский беговой гардероб в несколько смен (погода менялась довольно сильно, переодевались на самом деле все, но не все так удачно). Девушки бежали довольно быстро и при этом стабильно. Все они были на сутках впервые. Анастасия после 138 км сошла. При мне она говорила своей группе поддержки: я-то размахнулась на МСМК, а тут такое! Да уж. Но я уверена, что Анастасия с ее силами и упорством всем еще покажет. Татьяне и Ольге первое и второе места достались нелегко. До конца дошли 5 сильных участниц, и между ними был не такой большой отрыв, чем ближе к вершине — тем меньше.

За мужчинами я особо не следила, но помню, что победитель Валерий Должиков (тоже на сутках впервые) был в кроссовках Nike Vaporfly 4%, в тех самых, в которых Элиуд Кипчоге в прошлом году сделал рекорд в марафоне, а Камиль Херрон — в суточном беге. Позавидовала я Валерию, ох позавидовала 🙂

Что сказать про забег в целом. Я рада, что участников было так много — 100 человек против 70 в прошлом году. Я счастлива, что появляются новые сильные и быстрые женщины, что они прогрессируют на глазах (примеры Ирины Лисичкиной и Валентины Михайловой). Конкуренция хороша и своими результатами — повышает общую планку, и как показатель: большее, чем раньше, количество в ультрамарафоне сильных женщин означает, что больше женщин получило к нему доступ, имеет возможность уделять спорту время, силы, деньги. Если все будет хорошо, конкуренция дальше будет только расти, и новым спортсменкам будет все труднее добиваться первых мест. По-моему, это прекрасно.

Мои собственные итоги

Сейчас ко мне полностью вернулось сознание и частично — подвижность. Правда, выбор еды в первой половине следующего после финиша дня был «чего бы такого съесть, чтобы не сблевать». Это какой-то новый эффект: раньше аппетит пропадал, но такого не было. На всех моих сутках бывали какие-то новые истории с телом. Неизменной была и остается только репетиция старости на второй-третий день: когда ты ходишь вынужденно очень медленно, тяжело переставляя ноги, с отчаянием смотришь на лестницы, особенно вниз, и боишься людей, которые двигаются быстро и небрежно, потому что уйти с их дороги (а это твоя проблема) ты скорее всего не успеешь. Но повреждений никаких нет. В этот раз я даже вазелин не забыла, поэтому потертости минимальны. Как обычно, сойдет пара ногтей (а не весь комплект, как мне поначалу показалось).

Я рассчитывала на результат 210 км, норматив мастера спорта. Смогла сделать только 182 км 108 м, и это еще хорошо, и получилось только благодаря Оле.

Похоже, я неправильно оценивала уровень собственной подготовки. Увеличение объемов в два раза — это не гарантия успеха. Прогресс с прошлого года есть, но совсем маленький. Когда я ушла из Running Expert, то осознанно не искала тренера, и не жалею об этом: мне была нужна эта возможность побыть в беге абсолютно одной. Однако практика показала, что одна я могу бегать на одни и те же результаты годами, и для движения вперед мне все-таки нужен профессиональный тренер.

Мои волонтеры

У меня была супер-команда на эти сутки: опытные туристы и трейлраннеры Оля и Дима, Наташа Буркова, тоже с хорошим беговым опытом, и Галя Митричева — бегунья и проджект-менеджер по профессии и по жизни. Ребята сделали очень много, и мне это нужно будет применить самой на сутках в августе: они не только разбили лагерь, кормили-поили, ходили в магазин и за лекарством, но и фиксировали мои промежуточные результаты и вели трансляцию в фейсбуке. График еды Оля приклеила на стол, и они отмечали все, что я съела. Это очень разумно: потом можно сделать выводы. что пошло, что не пошло, чего оказалось недостаточно или слишком много, — для будущих стартов.

Ход событий

Начала я хорошо: первые 2-3 часа делала по 10 км, по 9 км. Галя даже говорила мне, что я бегу выше плана. Потом начались судороги, стало сводить левую ногу; я сказала об этом волонтерам. Против таких вещей и нужен изотоник, но я-то свой уже пила, то есть в моем случае он не работал. Сказала ребятам; сходили в аптеку, купили мне регидрон. Мне невероятно повезло, что мои волонтеры грамотнее, чем я. Сама бы я понимала, что нужны соли, но а) я их не запасла, б) не знала бы, что конкретно просить у организаторов или за чем просить волонтеров сбегать в аптеку. А они — знали. К этому времени я уже потеряла в скорости, но лекарство зашло, судороги почти прекратились, жара, спасибо, спала, и через некоторое время я восстановила темп.

Вечер и ночь прошли хорошо: я делала по 9, по 8 с чем-то км за час, в допустимых пределах снижая темп. Чувствовала себя хорошо, бежала вполне в ресурсном состоянии. Переломный момент наступил за 7 часов до финиша. Я отслеживала по своим часам, сколько км уже и сколько осталось, и какой нужно держать темп. Галя, уходя, спросила у судей, что я набегала (к этому времени они уже перестали объявлять результаты громко — ночь); видимо, судьи перепутали строчки, и сказали ей 147 200 вместо 150 000, о которых думала я. Разница небольшая, но я запаниковала. Вообще, сделав за 12 ч 106 км, трудно рассчитывать на итоговые 210 — это практически невозможно. И про 147 можно было переспросить, а не метаться. Однако мне хватило и такой малости. Я поняла, что норматив не выполню, и более того — похоже, мои часы мне врут (они и должны врать, но в другую сторону: на стадионе маленькое расстояние и много кривых, а GPS фиксирует расстояние между точками). Через час я перестала пытаться и решила сойти.

К этому времени из волонтеров оставался один Дима. Он сказал мне, имея в виду кресло: ну ты же понимаешь, что это дорога в один конец? Я понимала. Мы решили дождаться Олю.

В восемь приехала Оля. Посмотрела на меня: голова работает, ноги работают, почему ты не на треке? Я не нашлась, что ответить. Тут подоспела Татьяна Маслова, трижды чемпионка России по суткам, а ныне — спортивный журналист, с прямым эфиром для инстаграма. Я рассказала ей, довольно эмоционально, что ухожу с дистанции и вообще, и как-то незаметно выговорила всю обиду на судьбу и жалость к себе. Как говорила потом Оля, «надо было просто поныть». Поныв в прямом эфире и встретив взгляд Оли, я даже садиться не стала, а пошла добегать свои, какие получится, километры.

Впервые за весь опыт суточного бега я по-настоящему застала финиш. DNF в суточном беге нет, любой результат засчитывается. В самый первый раз меня отправили лежать за 20 минут (цель была выполнена, прорывов на последних секундах не ожидалось), второй раз я сошла от боли еще ночью, третий — упала от истощения за два часа до конца. И вот впервые оказалась на финише как положено.

Технология такая. Окончание суток застает бегунов в разных местах трека. Сначала из репродуктора звучит предупреждение, потом сигнал «стоп». Бегуны останавливаются (на видео, снятом Димой, видно, что сразу останавливаются далеко не все — внимание на первую дорожку), оставляют на своем месте палочку с номером (на аллее — стаканчик), и уходят. Следом появляется человек с курвиметром и точно измеряет расстояние, которое набегал каждый.

Запасы и еда

Своей волонтерской команде я выдала некоторое количество денег на заказ еды для них — пицца, роллы, что угодно. Помню, как обсуждали с Олей рекорд Камиль Херрон и ее любовь к джанкфуду, и представляли, как это будет красиво: курьер с коробом Яндекс.Еды на пути мимо бегущих, к нашей палатке, крики «А можно нам как этому столику?», «Парень, давай с нами круг, за сотку!»

А вот нифига. Весь бюджет ушел на регидрон био (дорогая штука оказалась, и на сутки ее надо много, купили запас) и на еду, которую можно и мне, и волонтерам: чай, растворимая лапша, мини-сникерсы, ну и одноразовые стаканы, о которых я не позаботилась.

Из еды хорошо зашла сырная лапша Бигбон и она же «морепродукты», кисель и быстрорастворимая овсянка без ароматизатора. А вот Бигбон «фо бо» не пошла совершенно — от острого запаха меня прямо замутило, хотя перед сутками я все пробовала, естественно. Это индивидуальная тема, но специй лучше избегать. Неплохо идет лапша, заваренная вообще без всего.

Мармелад и шоколад радуют, конечно, но опираться только на них и на кисель во второй половине суток невозможно.

Кисель и кашу лучше всего отдавать в пластиковом стаканчике, причем по полстакана: маленькую порцию легче сразу проглотить + она легче остывает. Да, неэкологично. Хотите поменьше мусорить — юзайте стаканчик по второму и третьему разу, но тут волонтерам придется побегать.

UPD. Ребята сохранили распечатанный план еды с пометками! Дима комментирует: «Мы сперва все отмечали и придерживались, но после полуночи началось «продуктовое бинго». Дальше по графику выдавали только ВСAА»

До полуночи — это как раз самое главное, это как у медведя лето. Потом тоже надо есть, но что-то тверже овсянки сложно будет проглотить, так что про шоколад, тем более с орехами, я зря написала.

Интересный, оказывается, у волонтеров был спор. Ну чисто проектные менеджеры.

«У нас сразу возникло разногласие, в таблице описан временной интервал (12-13) в котором тебе надо скормить перечисленное. Или указана временная отметка (с 13) после которой надо скормить. Как задумывалось?»

И я такая: «Ээээээ»

Хорошо, что они без меня разобрались! 😀

60358853_2160348824031859_5357942951248920576_n

Котики и люди

О людях в целом можно сказать только одно: они разные. О мужчинах тоже только одно: они разные. И о женщинах то же самое.

За сутки я встретила на треке как отвратительную грубость, так и бескорыстную доброту, причем второго было значительно больше.

Одна из сильных участниц, чернявая, коренастая, с татуировкой в виде вульгарного цветочка, как на кастрюле, — попыталась подрезать меня с внутренней стороны, т.е. не по правилам, и обматерила, когда ей это не удалось. Я при этом оставляла ей больше половины дорожки, чтобы обойти меня корректно и не срезая. Она же не остановилась на финише по сигналу судей, побежала дальше. Ну, человек такой. И это не объяснить и не оправдать высокими спортивными амбициями, бывают результаты и повыше. Никто из первой тройки что у мужчин, что у женщин так по-свински себя не вел.

Но гораздо больше было поддержки, внимания, добрых слов — и от участников, и от волонтеров, и от организаторов. Судьи говорили мне промежуточный результат, когда я спрашивала их под утро, причем меня даже подождали на следующем круге и сказали цифру — понимали, что силы на исходе, что каждый километр важен. Даже люди, с которыми я в плохих отношениях — бывший тренер, бывшая одноклубница — хоть и могли злорадствовать, зная мою цель и мой результат, но во всяком случае держали это при себе.

А еще на московских суточных забегах появляется такой человек по имени Андрей, его легко узнать по футболке с надписью «Улыбайтесь, господа, улыбайтесь». Андрей тоже бежит, но чаще ходит, а впрочем, он на сутках не за спортивным результатом: у него своя, совершенно уникальная ниша — утешитель и мотиватор для тех, кому это надо. Нуждающихся Андрей определяет на глаз, но практически не ошибается, каждому находит особенное доброе слово. Утром Андрей надевает красный клоунский нос; на аллее в прошлом году на нем были еще какие-то то ли рога, то ли шутовская шапка, но там его засекли организаторы и прогнали. (Лучше бы они проявили такое рвение на моем самом первом старте на аллее, когда местные гопницы и гопники в полночь устроили брачные игры прямо на трассе, перегородив проход. А так-то понятно, что с добрым клоуном бороться легче).

Ближе к утру я с удивлением увидела на треке, прямо под ногами, небольшого серо-белого котика. Он держался вполне по-хозяйски, хоть и явно не понимал, кто все эти люди и чего им надо. Дима потом рассказал, что котик использовал яму для прыжков как лоток, потом явился с другом, и они вместе пошли осквернили вторую яму. Полагаю, что и третья, на другом конце стадиона, тоже этой участи не избегла. Все-таки это несправедливо: когда ты котик, что бы ты ни делал, об этом будут рассказывать с умилением.

UPD. Оказывается, Дима даже засек момент, когда котик только собирался делать свое черное дело.

Опыт

Ошибка номер один: у меня не было плана Б. Я была так уверена в своей подготовке, что не принимала никаких других вариантов, кроме выполнения цели. А зря! План Б полезно иметь даже с точки зрения сохранности самооценки. Оля хорошо написала об этом в своем отчете: «Необходим общий сбор бегуна и команды, на котором бегун озвучивает свои цели: оптимистичную, реалистичную и пессимистичную — и проговаривает, каких действий ожидает от волонтёров. Грубо говоря, поднимать или добивать. Чтобы работа по достижению целей была совместной, команда должна об этих целях знать. А для этого их нужно обозначить.»

От себя добавлю, что их все хорошо бы иметь самому бегуну. Сейчас, исходя из нового опыта, я разложила бы так: оптимистичная цель — 210 (все идеально, нет судорог — там я потеряла километров семь, и нет паники — в кресле я потеряла 2 часа, плюс чудо), реалистичная цель — 195 — 200 км (есть судороги, но нет схода) и пессимистичную, которая и получилась — свыше 180 км. Пессимистичную цель мы с Олей все же нарисовали, уже под занавес. Я попросила придумать какой-то зарок для меня, чтобы выполнить хотя бы мои стандартные 180. Оля поставила условие: если я пробегу больше 180 км, то смогу быть ее волонтером на сутках в августе; если нет, то могу приходить и болеть, но еду и питье она от меня принимать не будет. С таким стимулом я довольно резво побежала, и все-таки сделала 182 км.

(Еще ночью я решила, что если пробегу хорошо, откажусь от участия в Кубке в августе и буду волонтером для Оли и Гали. Позже поняла, что предложу это в любом случае: на Кубок мне идти особо не с чем).

Ошибка номер два: часы на сутках не нужны. Это мы обсудили уже после в личке с Ваней Заборским, победителем Ultra Milano Sanremo, который следил за трансляцией, болел за меня и потом морально поддерживал.  Отслеживать пройденное расстояние и темп помогают судьи и волонтеры. Отныне часы использую только на тренировках.

Ошибка номер три: я не взяла соляные таблетки или аналог. Мы как-то давно обсуждали их при сборах на трейл, но они ни разу не пригодились, и со временем я просто забила. Зря! Злое майское солнце, раскаленный трек — и ты теряешь с потом много солей, а с ними и способность нормально двигаться. Добавлю регидрон в свой чек-лист для будущих стартов.

Вывод номер четыре: еду волонтерам гораздо удобнее (для волонтеров) выдавать продуктами, предварительно спросив, чего они хотят. И чаю! И стаканы одноразовые. И отдельно заложить бюджет на «мало ли что».

Вывод номер пять: chäir — не приговор. Оказывается, вполне себе можно встать и продолжить забег после того, как села и посидела какое-то время.

Кстати, откуда chäir и почему оно так странно пишется: это юмор узкого спортивного сообщества, которое мне подсказали Оля и Дима, Ultra Memes. Если вам интересен ультрамарафон, очень советую зайти и припасть; юмор там там очень своеобразный, но сильный. Они разработали целый жаргон, и у меня ушло часа два, чтобы вникнуть. К примеру, для каждого бренда кроссовок у них есть свое внутреннее название со словом bois — я все никак понять не могла, при чем тут лес; оказалось, что это намеренно искаженное boys, но имеется в виду обувь. Треть шуток — про DNF как маленькую смерть и символ неудачи в целом. Мое любимое:

Любимое и жизненное:

И много вещей более внутренних, понятных для своих: стартовый набор для трейлраннера, тонкие отличия у экипировки разных брендов (очень смешно и точно про часы Apple, от лица владельца: «Если честно, я не бегаю»). Особо любимых персонажей и бренды нещадно тэгают: то предлагают Хоке сменить название в пользу выбранного сообществом, то пишут «Скотта Джурека задержали и выпустят, если 500 раз отметить его в комментариях», то задолбали вконец Антона Крупичку, то еще что. Хорошие ребята.

И еще, конечно, они шутят над собой и собственной эволюцией.

Итог

Я тоже готова шутить над собственной эволюцией, какой бы она ни была. В августе я не бегу Кубок России. Вместо этого буду волонтерить для Оли и Гали, это право я заслужила. Ваня Заборский подсказывает, что это еще и отличное средство мотивации. То, что мне сейчас нужно.

Переговоры с новым тренером начались, и мне хочется, чтобы все получилось.

***

Еще я веду телеграм-канал о моде в реальной жизни: t.me/robotesse

и спортивный дневник о тренировках к бегу на 24 часа: t.me/robotesse24h

***

Фото — Дмитрий Тимошкин.

 

Реклама