На ВОСе была такая рубрика, до сих пор по ней скучаю: «Мудаки на работе», «Мудаки в подъезде» и так далее, все — с самокритичным подзаголовком «найди себя». Это важно: читая, например, «Мудаков в поездах», понимаешь, что люди-то почти нормальные, мир из них и состоит. Читать дальше я прошу, учитывая этот момент.

По поводу самого слова. В обиходе оно обычно означает человека столь же эгоистичного, сколь и глупого, то есть эгоизм часто выходит мудаку во вред себе. К нашим героям это относится только отчасти: в своей компании они, вероятно, милейшие люди.

Однажды я уже придумала феминитив для слова мудак — мудаковица — но какой-то он получился скрепный, со старославянским акцентом, не особо здесь уместным, поэтому ну его. Здесь я буду обходиться грамматическим мужским родом, но имейте в виду, что в описанных категориях очень много женщин.

Итак, встречайте: в воскресенье начнётся MBFWR, и мы снова их увидим.

Мудак-эксперт обычно где-то учился и действительно имеет профессию, связанную с модой. Полученное знание, вне зависимости от его объёма (это может быть профессиональное училище или двухнедельные курсы) и актуальности является для Мудака-эксперта не счастьем, а тяжким бременем, ведь это из-за него он видит со всей ясностью невежество окружающих и ненужность того, что они делают.
Его раздражает не просто несовершенство мира, нет. Его бесит сам факт существования у других людей, особенно не знакомых ему лично, невозбранной возможности делать что угодно: придумывать, шить, писать, стилизовать, ходить по подиуму. Они же не умеют! Научите их! Нет — запретите им!
Чаще всего у Эксперта, как у средневекового рыцаря, есть Прекрасная дама: это дизайнер (либо уже мертвый, либо недосягаемый) или журналист/редактор (Сюзи Менкес, не меньше), который Всё Делает Как Надо. Эксперт видит сны, где мир поразила какая-то катастрофа, все эти криворукие неумёхи исчезли, и он остался с Прекрасной дамой один, в чистом сияющем мире без конкурентов.

Скучающий мудак видел в этой жизни всё, и уже не надеется на смену впечатлений. Как ослик Иа-Иа, он приветствует знакомых грустной улыбкой и замедленной от глубокого понимания слоу-фэшн речью. «Да, я видел коллекцию, — отвечает Скучающий и делает скорбную паузу. — Если, конечно, это можно назвать коллекцией». Чаще всего Скучающий мудак работает журналистом или пишущим редактором, потому что у представителей прочих профессий в моде просто нет времени на такое глубокое осмысление бренности мира. У них то производство напортачило, то курьер сбежал в Америку вместе с вещами, то обувь для показа — 37-го размера, а у модели — 41-й. Осознать, как всё плохо в российской моде — да и в мировой всё деградирует, чо уж, — эти суетящиеся люди просто не успевают. Поэтому Скучающий сам, в одно лицо, совершает каждый сезон свой похоронный обряд: пишет колонки о том, что мода умерла, людям неинтересно, расходимся.

Дружит с Экспертом, иногда они даже делят на двоих одно тело.

Модненький мудак мерзнет у входа в Манеж; ему дико холодно, потому что телу не объяснишь. У Модненького, едва ли не единственного из всей его молодой компании, действительно есть связанная с модой цель. Его задача — появиться в западном стристайле и достойно представить державу. Достойно в его понимании — максимально похоже на то, как одеты люди в Милане, в Париже, в Нью-Йорке, невзирая на разницу температур. Иногда получается действительно похоже, ведь Модненький очень старается; вот только effortless это не будет никогда, что делает Модненького отчасти трагической фигурой.

Ушлый мудак. Его обычно видно издалека по необычному головному убору, отжатому у начинающего дизайнера. Дизайнеры и стилисты, работающие хотя бы пару сезонов, имеют от этого конкретного Ушлого иммунитет: повстречавшись с ним однажды, они надолго теряют желание давать свои вещи на съёмки и веру в лучшее в людях. Ушлым, как краснухой или корью, лучше переболеть в профессиональном детстве, пока не пошли в ход украшения Cartier, шубы Miu Miu и прочий тяжелый люкс. Часто не имея ни внятной работы ни в одной из редакций, ни знакомства с дизайнером, ни даже блога — Ушлый стабильно занимает места в первом ряду вместе с кем-то из свиты. Волонтеров, работающих на рассадке, обучают им противостоять, но каждый год появляются новые штаммы, и цикл повторяется.

Шестижопый мудак, верный оруженосец Ушлого и конкурент Модненького. Имеет одну, но действительно супер-способность: занимать места на любых показах в количестве, превышающем необходимое иногда до 6 раз. Тренируется Шестижопый в метро, он живет на конечной станции и первым забегает в пустой прибывающий поезд, обгоняя и расталкивая. Это впечатление — одна из самых больших радостей в его жизни, она больше, чем секс, ведь никакой партнер не заменит Шестижопому свежести пустого вагона и соблазнительного изобилия сидячих мест. Когда Недель моды нет, он видит сны о громких премьерах с пустым залом, куда зрителей почему-то не пустили. Он занимает по очереди все лучшие места в партере и сидит на них, сидит, сидит.

***

Кроме мудаков, на Неделях есть публика — разряженные взволнованные люди, которые пилят селфи прямо в узком проходе за рамками; приглашение на показ они купили у спекулянта из группы «Вконтакте», и теперь наслаждаются атмосферой труднодоступности и люкса. При всем уважении к разрушительности этих граждан в местах массовых скоплений, я бы отказала им в мудацком статусе: в них слишком мало цинизма по отношению к моде, а наоборот, сохраняется некоторый трепет, что всегда трогает.

Ну и как обычно, огромное количество людей на Неделях работает и показывает результаты своей работы. В этот раз, так получилось, мне тоже будет что показать — я сделаю это в блоге сразу, как только будет можно. До встречи в Манеже 🙂

Фото обложки отсюда.

Реклама